Через фотографа я познакомился с Крюгером, человеком спиритуалистического склада. Он был скульптором и художником. Крюгер почему-то очень ко мне привязался; когда же он понял, что я готов слушать его "эзотерические" рассуждения, от него стало просто невозможно отделаться. В этом мире есть люди, для которых слово "эзотерический" подобно божественному откровению. Как "кончено" для герра Пеперкорна в "Волшебной горе". Крюгер был одним из тех святых, что сбились с пути, мазохистом, анальным типом, для которого главное -- щепетильность, сдержанность и совестливость, но в выходной день он может любому вышибить зубы, причем без малейших колебаний. Крюгер решил, что я созрел для перехода на другой уровень существования, "более высокий уровень", как он говорил. Я был готов перейти на любой уровень по его выбору, поскольку это не отражалось на моем потреблении съестного и спиртного. Он забивал мою голову массой сведений об "астральных телах", "каузальном теле", "переселении душ", упанишадах, Плотине, Кришнамурти, "кармической оболочке души", "сознании нирваны" – обо всей этой ерундистике, которая залетает к нам с Востока, словно дыхание чумы. Иногда он впадал в транс и говорил о своих предыдущих воплощениях, как он их себе представлял.
